Педагогические
ДИНАСТИИ
Санкт-Петербурга
XIX-XXI веков
Понедельник, 20.04.2026, 09:56
Приветствую Вас, Гость



Главная | Регистрация | Вход
Главная » Фотоальбом » Рубан - Яковлевы - Исаева
Фотографий в альбоме: 5



Педагогические династи в случайном порядке

Седовы

Из воспоминаний Нелли Владимировны Седовой:

В конце XIX века на Путиловском заводе в Петербурге работали родные братья Дмитрий и Петр. В их семьях появились на свет девочки погодки Татьяна (1900 года рождения) и Мария (1901 года рождения). Моя бабушка по линии матери Татьяна Дмитриевна Алексеева училась на курсах бухгалтеров, где-то у Сенной площади, а потом у Владимирской церкви, недалеко от "Пяти углов". В детские годы ее влияние на меня было огромно: она была великая труженица, о которой можно было сказать словами Некрасова: "Коня на скаку остановит, в горящую избу войдет"...


Багрий - Поповченко
В 1922 г. в Ленинграде родилась Марцелла Степановна Голянская. Она росла на Большой Посадской улице, в доме № 10. Из этого дома в годы блокады она ушла на фронт и вернулась из Праги, после Великой Победы, на эту же улицу, в этот же дом. Здесь она родила двоих детей, вырастила их и жила долгие годы в трудах и заботах о своей семье и своих учениках.

Черемисины - Хохловы
В древнем мире ремесло передавалось только по наследству — «от отца к сыну». Правда, педагогику врядли можно назвать ремеслом. Слово «Педагогика» взято из греческого языка, и означает буквально «детоведение, детовождение». Труд учителя — живой поиск, творчество, труд учителя незаметен и нередко неблагодарен, но, тем не менее, в учительской среде много педагогических династий, потому что нет профессии прекраснее.

Поляковы - Модеровы
Александра Васильевна Полякова — молодой учитель. Ей еще только 25 лет, но уже пять лет она работает в школе № 207. Александра Васильевна начала преподавать, когда училась на последнем курсе педагогического колледжа, а сейчас она продолжает учиться в Педагогическом университете имени Герцена.

Базыкины - Лапины
1959 год. Мне пять лет. Я сижу за столом возле мамы. Мама занимается делом, которое я очень люблю. Вот она открывает тетрадь, долго смотрит в нее, потом берет красный карандаш и ставит «пятерку». Я знаю, что это именно «пятерка», знаю, что бывают и другие отметки, но эта нравится мне больше всего. Мама открывает другую тетрадь, затем еще и еще. Я завороженно слежу за ней. Какой чудесный карандаш! Какие красивые отметки! Больше всего мама любит ставить «пятерки» и «четверки». А когда ставит «тройку», то вздыхает и качает головой. Вдруг раздается папин голос, мама встает и уходит. Карандаш... Он лежит на столе... Его можно взять... Беру! Открываю тетрадь! Ставлю большую, очень большую «пятерку»!

Дерновы

Иконы и компьютеры, ладан и экран монитора, прихожане храма, становящиеся на колени во время богослужений и школьники, играющие в компьютерные игры — может ли хоть что-то объединять и роднить столь противоречивые и, на первый взгляд, несовместимые вещи?! Раньше мне было бы трудно ответить на этот вопрос. Совсем недавно мне в руки попали выписки из воспоминаний о моем отце. Ведомый желанием узнать и понять историю своей семьи, я решил прочесть их полностью. Живые образы предстают передо мной, когда я читаю эту книгу, весь творческий, педагогический путь целой династии выстраивается в одну цепочку, в которой каждое звено — это отдельная, самостоятельная история...