Педагогические
ДИНАСТИИ
Санкт-Петербурга
XIX-XXI веков
Среда, 26.09.2018, 05:26
Приветствую Вас, Гость



Главная | Регистрация | Вход
Главная » Фотоальбом » Забелло
Фотографий в альбоме: 10



Педагогические династи в случайном порядке

Орестовы - Каневские
Вот уже более века трудятся на ниве народного просвещения представители педагогической династии Орестовых — Каневских. Учительствовать еще в XIX в. начал Николай Александрович Орестов (1872—1915), происходивший из небогатой семьи мещанского сословия. После окончания гимназии молодой человек отправился работать сельским учителем в деревню Полково Солотчинской волости Рязанского уезда. В дореволюционной России статус преподавателя, пусть даже в сельской школе, был достаточно высок. Николай Александрович учил деревенских детишек не только читать, писать и считать, он вел уроки по истории и географии, проводил простые опыты по физике и химии из подручных материалов. Отбушевала революция, отгремели две войны, но долгое время в деревне добрым словом вспоминали учителя Орестова.

Павловичи - Акатова
Василий Иванович Павлович появился на свет в 1883 г. в семье священника в поселке Поневежец Ковенской губернии. Его жизненный путь казался предопределенным — поступил сперва в духовную семинарию, а затем в Вильнюсскую духовную академию. Но Василий увлекся политическими идеями, и в 1905 г. его исключили из академии за участие в студенческой демонстрации. Однако по ходатайству матери, Василий был восстановлен, поскольку после смерти отца остался единственным кормильцем в семье. Академию Василий закончил в 1908 г., но, окончательно разуверившись в религии, духовный сан принимать отказался, а вместо церковной стези избрал учительский труд — уехал работать учителем истории в Слонимское реальное училище, а вскоре даже стал его директором.

Шуваловы - Семёновы - Валуевские
Когда мне предложили поучаствовать в подготовке книги «Педагогические династии Санкт-Петербурга XIX—XXI веков», я и не подозревала, что изучение семейных архивов, фотографий, воспоминаний и даже легенд настолько увлечет меня. Старейшим представителем работников образования в нашем роду является Екатерина Егоровна Шувалова (1884—1980), которой я прихожусь внучатой племянницей. Она родилась в семье крестьян Егора Семенова и Ольги Гавриловны Шуваловой. После того, как мать скончалась при родах, девочку на воспитание взяли родители Ольги Гавриловны — дед Гаврила и бабушка Акулина. В школьные годы Екатерина отличалась хорошей успеваемостью, и после окончания начального обучения ее определяют в Санкт-Петербургскую Земскую Учительскую Школу, которую она с успехом заканчивает в 1910 году.

Комляковы - Соболевы
Где могла ученица 7-го класса 119-й восьмилетней школы Выборгского района встретиться с молодым учителем? Конечно, на уроке. Уроке русского языка. Ученица, правда, прилежная, любит учиться. А учитель. Молодой? Не очень. Симпатичный? Так себе. В толстых очках. Но голос красивый, звучный, мужской. Говорит с шутками, непривычно для нас.

Седовы

Из воспоминаний Нелли Владимировны Седовой:

В конце XIX века на Путиловском заводе в Петербурге работали родные братья Дмитрий и Петр. В их семьях появились на свет девочки погодки Татьяна (1900 года рождения) и Мария (1901 года рождения). Моя бабушка по линии матери Татьяна Дмитриевна Алексеева училась на курсах бухгалтеров, где-то у Сенной площади, а потом у Владимирской церкви, недалеко от "Пяти углов". В детские годы ее влияние на меня было огромно: она была великая труженица, о которой можно было сказать словами Некрасова: "Коня на скаку остановит, в горящую избу войдет"...


Базыкины - Лапины
1959 год. Мне пять лет. Я сижу за столом возле мамы. Мама занимается делом, которое я очень люблю. Вот она открывает тетрадь, долго смотрит в нее, потом берет красный карандаш и ставит «пятерку». Я знаю, что это именно «пятерка», знаю, что бывают и другие отметки, но эта нравится мне больше всего. Мама открывает другую тетрадь, затем еще и еще. Я завороженно слежу за ней. Какой чудесный карандаш! Какие красивые отметки! Больше всего мама любит ставить «пятерки» и «четверки». А когда ставит «тройку», то вздыхает и качает головой. Вдруг раздается папин голос, мама встает и уходит. Карандаш... Он лежит на столе... Его можно взять... Беру! Открываю тетрадь! Ставлю большую, очень большую «пятерку»!